Медицинское образование: две крайности

Медицинское образование: две крайности

23 июня 2017

Медицинское образование: две крайности

Эксперт

Почему подготовка врачей и их квалификация в последнее время вызывают так много вопросов? Какие вызовы сегодня стоят перед медицинскими вузами? Зачем внедряется непрерывное медицинское образование? На вопросы отвечает ректор Сибирского государственного медицинского университета (г. Томск), доктор медицинских наук, профессор EMBA и IPMA Level B Ольга Кобякова.

— Ольга Сергеевна, сегодня к качеству медицинского образования предъявляется немало претензий. Как человек, имеющий к этому процессу непосредственное отношение, что Вы думаете об этой критике?

— В этой дискуссии две крайности. Говорить о том, что медицинское образование в России идеально – неправильно, но и категорически утверждать, что в сфере все плохо тоже неверно. Истина как всегда где-то посередине. Наша отрасль живая, у нее есть недостатки, но лично я считаю, что у работников здравоохранения нашей страны одно из лучших в мире медицинских образований. Недаром, медицинские специалисты, получившие образование в России, высоко ценятся за рубежом.

— Многие ваши коллеги также считают, что российское образование имеет свою модель, и ориентироваться на западные стандарты не стоит. Значит, российской системе не нужна реформа?

— Я не считаю, что чужой опыт нам не нужен. Необходимо постоянно отслеживать и перенимать лучшие практики и подходы, которые есть в мире. Я не могу назвать эти меры реформой, скорее, образованию нужна эволюция. Не стоит разрушать те основы, которые были созданы в русской, советской, а затем и российской школах, нашу отечественную модель нужно планомерно, шаг за шагом, развивать. К примеру, я уверена, что в медицинских вузах нужно обязательно создавать англоязычную среду, невозможно сегодня быть квалифицированным врачом, не общаясь с иностранными коллегами, не изучая статей, которые публикуются на английском языке. К сожалению, пока к нам приходят выпускники школ, которые не владеют языком на достаточном уровне и для университетов на сегодняшний день это реальная проблема.

— Какие вызовы сегодня стоят перед медицинскими вузами?

— Глобально нужно говорить о трех направлениях. Первое – подготовка организаторов здравоохранения, причем, как в практической медицине, так и в сфере медицинского образования. Менеджерам требуется целый ряд навыков и компетенций, которым ранее у нас в университетах не учили. Без знаний в проектном управлении, конфликтологии, без умения работать в команде и развитого эмоционального интеллекта грамотного управленца не получится. Считаю, что такие модули должны быть в программе студентов медицинских вузов, эти знания обязательно пригодятся выпускникам в их профессиональной деятельности.

Второе направление – практикоориентированность нашего образования. Прикладного характера нужно добиваться через создание и оснащение симуляционных центров. Минздрав, к слову, успешно работает в этом направлении, симуляционное и имитационное обучение становится одним из повседневных компонентов образования студентов и практикующих врачей, повышающих свою квалификацию. Еще пять лет назад это было настоящей экзотикой и только немногие вузы, в основном, столичные, могли похвастаться такими центрами. Сегодня все высшие образовательные учреждения оснащены необходимым оборудованием.

Третье направление — последипломное образование врачей. Речь не о простой смене терминов (сертификацию сменила аккредитация), принципиальным образом изменилась сама парадигма. Ранее врач повышал свою квалификацию раз в пять лет, а что он делал в течение этого времени никого не интересовало: одни добросовестно развивались, посещали конференции, читали литературу, а некоторые не делали ничего. Сегодня скорость развития отечественной медицинской науки такова, что перерывы в пять лет и даже в год неприемлемы.

Декларируемое сегодня непрерывное медицинское образование – это не пустые слова. Уверена, система непрерывного медицинского образования (НМО), которую Минздрав активно и системно внедряет, должна принести свои плоды, причем в самое ближайшее время.

— Существует мнение, что у нас отличные хирурги, но очень слабая подготовка персонала среднего и низшего звена, что опять же сказывается на уровне доверия к нашей медицине. Так ли это?

— То, что у нас прекрасные хирурги, – радует. Впервые слышу о серьезных претензиях к уровню подготовки среднего медицинского персонала. Я вообще болезненно отношусь к критике врачей и здравоохранения в целом. До того как занять должность ректора медицинского вуза я работала региональным министром здравоохранения, все прелести и недостатки здравоохранения знаю не понаслышке. 90% всех жалоб населения связаны не с качеством оказания медицинской помощи или с отсутствием необходимой услуги или оборудования, а с так называемым человеческим фактором: где-то нагрубили или оказались недостаточно внимательны. Именно поэтому я настаиваю на обучении медицинского персонала гибким навыкам (soft skills), они позволяют нивелировать многие вещи.

— Но, согласно опросам, более 50% граждан страны считают, что у наших врачей недостаточная квалификация…

— Думаю, эти данные в значительной степени субъективны, потому что мнение жителей формируют СМИ, а граждане зачастую считывают созданный журналистами негативный образ медицинского работника. Между прочим, это проблема государственного масштаба, нужно совместно работать над улучшением имиджа врача: показывать истории успеха, подвиги наших медицинских работников, которые они совершают, поверьте, каждый день.

— Может, дело в финансовой составляющей? Врачи должны получать достойную зарплату, чтобы быть заинтересованными в качестве своей работы.

— Я полностью согласна с коллегами насчет того, что подушевое финансирование обучающихся в медицинских вузах должно быть не ниже, чем в других университетах, и недофинансирование действительно имеет место быть. Если этот вопрос удастся решить, мы сможем обеспечить более высокое качество подготовки специалистов, усовершенствовав образовательную инфраструктуру.

Что касается оплаты труда, за последние годы многое уже сделано, успешно реализуются соответствующие указы президента. Уровень оплаты у медработников уже можно назвать достойным.

— Многие руководители медучреждений также жалуются на плохую связь между учебными заведениями и практической медициной. По их словам, немного заведующих кафедрами и преподавателей готовы практиковать, работая, что называется, у станка. Существует такая проблема?

— Такая проблема существует. Все преподаватели медицинских вузов клинических специальностей, имеющих отношение к пациентам, делятся на две категории. На тех, за кем «охотятся» лечебные учреждения и на тех, кто годами не заходит в операционную (если речь идет о представителях хирургических специальностей) и не наблюдает пациентов. Вторая категория, естественно, является обузой для того лечебного учреждения, на базе которого они ведут преподавательскую деятельность.

Одна из главных задач любого ректора медицинского вуза – выстроить кадровую политику таким образом, чтобы преподаватели клинических специальностей не могли не практиковать. У себя в университете мы возобновили практику так называемых профессорских обходов, которая существовала в советские времена, а позже была упразднена. Это важно как для пациентов (их наблюдает профессорский состав), так и для медицинского персонала и студентов, которые участвуют в таких обходах.

— Правда ли, что многие абитуриенты, поступая в вузы, нацелены на высокие доходы в будущем и стремятся впоследствии пополнить когорту пластических хирургов. Если это так, то среди каких специальностей наблюдается дефицит желающих получить образование?

— Менталитет сегодняшних студентов – отдельная тема. Да, они хотят все и сразу, но мы стараемся им объяснить, что медицина – это та сфера, где специалист начинает из себя что-то представлять не раньше, чем через десять лет практики. Не получится на следующий год после выпуска стать высокооплачиваемой «звездой».

Если говорить о дефиците, то сегодня не хватает участковых терапевтов, педиатров, врачей общей практики. На мой взгляд, играет роль и то, что отношение к ним со стороны населения недостаточно уважительное, все стремятся сразу попасть к узкому специалисту. А на самом деле их работа самая трудная, это первый контакт с пациентом, врачу нужно верно диагностировать проблему, провести необходимые обследования и, если необходимо, направить больного на дополнительные консультации. Это крайне ответственная и тяжелая работа, как в эмоциональном, так и в физическом плане, нужно быть готовым к постоянным выездам.

— Существует ли проблема с высокотехнологичным оборудованием, которое недоступно для обучающихся, но с которым студентам потом придется работать?

— Говорить за все университеты не могу, но СибГМУ оснащен всем необходимым современным оборудованием. На мой взгляд, проблема подготовки студентов совсем не в том, что они не освоят какой-то аппарат. Они, в первую очередь, должны уметь работать с пациентами, страдающими распространенными заболеваниями. Это больные, попадающие в стационар по скорой помощи: с пневмонией, грыжей, аппендицитом и т.д. Именно поэтому наши клиники активно дежурят по скорой помощи в том числе и для того, чтобы студенты, ординаторы и врачи СибГМУ имели возможность видеть и лечить самые распространенные заболевания. Наша задача – научить их работать с пациентами, а если специалистам придется впоследствии работать на высокотехнологичном оборудовании, они пройдут дополнительное обучение.

Другие популярные новости

больше новостей

Приемная

Тел.:+7 (495) 725-78-06, +7 (495) 725-78-50
Факс:+7 (495) 725-78-14
E-mail:info@csr.ru

Центральный офис

Адрес:Москва, 125009
ул. Воздвиженка, д. 10
на карте

Контакты для СМИ

E-mail:press@csr.ru

Подписка на новостной дайджест

Подписаться

Поиск по новостям

Видео

Поиск по исследованиям