КУРИЦА ИЛИ ЯЙЦО?

Что все-таки апробируется в рамках ЭПР?

Элеонора Витоль, заместитель руководителя направления «Правовое развитие» ЦСР

Несмотря на то, что механизм ЭПР существует вот уже два года, он все чаще становится востребованным рынком. На фоне уже запущенных первых четырех «пилотных» ЭПР по данным реестра ЭПР Минэкономразвития России на сегодняшний день внесено множество инициативных предложений по различным направлениям разработки, апробации и внедрения цифровых инноваций. Важная роль ЭПР в развитии технологий и совершенствовании регулирования постоянно подчеркивается рынком и не оспорима.

Первые проекты «вскрыли» ряд проблемных мест в правоприменении. Впрочем, вопрос этот решается достаточно оперативно: 11 октября 2022 года на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов был размещен подготовленный Минэкономразвития России законопроект, который содержит ряд позитивных изменений для будущих ЭПР (https://regulation.gov.ru/projects#npa=132221).

И все-таки, о фундаментальном…

Сегодня при обсуждении проблем правового регулирования в абсолютно разных областях зачастую в качестве возможного решения предлагается подумать над установлением ЭПР как инструмента решения этих проблем. «Примерка» ФЗ об ЭПР к этим инициативам наталкивает на рассуждение – что же все-таки апробируется в рамках ЭПР: цифровая инновация или новое (в терминах закона – «специальное») регулирование? Текст закона содержит аргументы в пользу обоих вариантов. Само название ограничивает область экспериментального правового регулирования цифровыми инновациями; неоднократно говорится о «разработке, апробации и внедрении цифровых инноваций»; совершенствование общего регулирования заявлено лишь в качестве одной из восьми целей ЭПР (п. 6 ст. 3 ФЗ об ЭПР), а одним из принципов ЭПР установлена минимизация отступлений от общего регулирования (п. 7 ст. 4 ФЗ об ЭПР). В то же время основной частью программы ЭПР является, безусловно, собственно экспериментальное правовое регулирование, а основным итогом эксперимента – решение о допустимости или недопустимости придания специальному регулированию свойства общего регулирования.

На что это влияет?

Если видеть акцент законодателя на том, что экспериментальное регулирование создается для разработки, апробации и внедрения цифровой инновации, это, как представляется, должно повысить внимание к оценке того, насколько апробируемая технология действительно является цифровой инновацией в понимании ФЗ об ЭПР, что в том числе предполагает в неоднозначных случаях склониться к более ограничительному толкованию этого понятия.

Если же во главу угла ставить правовой эксперимент, остается под вопросом значение существующего ограничения ЭПР цифровыми инновациями (по крайней мере это дает больше оснований для более свободного толкования этого понятия). Плюс возникает вопрос об обоснованности допущения установления дублирующих в части специального регулирования ЭПР, что сегодня законом допускается.

Плюс возникает вопрос об обоснованности допущения установления дублирующих в части специального регулирования ЭПР, что сегодня законом допускается.

19.11.2022

Элеонора Витоль

Заместитель руководителя направления «Правовое развитие»