В ЦСР обсудили тему возвратного лизинга

Центр стратегических разработок (ЦСР) 28 ноября провел экспертную сессию на тему «Возвратный лизинг: обоснованность запрета на заключение сделки между физическими лицами».

Модератором дискуссии выступил руководитель направления «Правовое развитие» ЦСР Максим Башкатов. Также в ней приняли участие: заместитель руководителя направления «Правовое развитие» ЦСР Элеонора Витоль, эксперт данного направления Илья Зикун, председатель правления Ассоциации развития возвратного лизинга Владимир Звонарев.

На мероприятии обсуждался ряд законопроектов, предусматривающих запрет возвратного лизинга для физических лиц, в том числе подготовленный Минфином РФ проект федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации (в части совершенствования гражданско-правового регулирования лизинговой деятельности)» и проект федерального закона о специальных субъектах лизинговой деятельности.

В начале экспертной сессии Элеонора Витоль отметила, что существуют две доктринальные теории природы лизинга – арендная (лизинг является подвидом договора аренды) и кредитная (лизинг – это финансирование, обеспеченное правом собственности).

Эксперт указала, что в последнее время доктрина и практика все больше видят в лизинге его кредитную составляющую, из нее же исходит законопроект Минфина России. Возвратный лизинг, в свою очередь, является разновидностью лизинга, прямо предусмотрен действующим законодательством и судебной практикой. При этом собственность в данном случае является титульной (обеспечительной), что также не противоречит текущим нормам права.

«Действующее законодательство содержит открытый перечень способов обеспечения исполнения обязательств и содержит также принцип свободы договора, что позволяет обеспечивать исполнение обязательств любым предусмотренным договором способом» - отметила эксперт.
Проблемы, возникающие при регулировании договора возвратного лизинга, актуальны для современной российской рыночной экономики, так как затрагивают наиболее значимые её сферы: рынок строительства объектов недвижимости и рынок транспортных услуг (воздушные, автомобильные, водные, железнодорожные перевозки). В результате этого существуют значительные риски заключения сделок в области финансов, и, как указал Владимир Звонарев, прежде всего ввиду «низкой грамотности населения, как в области банковского кредитования, микрофинансового кредитования, так и лизингового кредитования».

Текущая законодательная инициатива направлена на запрет заключения договора возвратного лизинга с физическими лицами, при котором физическое лицо продает свое имущество лизингодателю и одновременно выступает в качестве лизингополучателя. Введение запрета обусловлено тем, что лизинговые компании избегают соблюдение требований, предусмотренных для потребительского кредитования, что лишает физических лиц предоставленных им гарантий. В этой связи Максим Башкатов поставил вопрос о соотношении договора возвратного лизинга с иными подобными конструкциями, в частности, с кредитным договором.

Эксперты сошлись во мнении, что действующего правового инструментария вполне достаточно для защиты сторон договора возвратного лизинга: это и составы недействительности сделок, и публично-правовые нормы, и судебная практика. При этом, как отметила Элеонора Витоль, предусмотренная действующим законодательством правовая форма сама по себе не может быть признана уголовно наказуемым деянием.

Широкая дискуссия развернулась по поводу возможности оспаривания договора возвратного лизинга, который заключен под видом кредитного договора. Эксперты пришли к выводу о невозможности признания сделки недействительной ввиду совершения последней под влиянием заблуждения, поскольку, как было указано Ильей Зикуном, в таком случае не будет достигнута цель защиты слабой стороны из-за того, что «физическое лицо обязано будет возместить недобросовестному лизингодателю как реальный ущерб, так и, в определенных случаях, убытки». Именно поэтому целесообразнее признавать подобную сделку недействительной из-за её притворности или по иным основаниям недействительности сделок.

Подводя итог, эксперты согласились с тем, что если законодатель все-таки решит запретить заключение договора возвратного лизинга, то запрет не может зависеть от субъектного состава договора.